Home » Продолжение следует... » Лазерный уровень, или  Жизнь и смерть в маленьком посёлке городского типа  (пасхальная сказка) — Артур Аршакуни
Артур Аршакуни

Лазерный уровень, или  Жизнь и смерть в маленьком посёлке городского типа  (пасхальная сказка) — Артур Аршакуни

IV. И надо же было такому случиться, что  соседом его оказался косорукий городской интеллигент. В очках и шляпе. И Татьяна Аркадьевна евонная ему под стать с её прямой спиной и взглядом вприщур, как смотрит какой-нибудь ботаник со скрипочкой на срущую корову.

И сколько уже тут живут, а всё равно городские. А кстати, сколько? Десять? Двенадцать? Погоди-погоди. Васёк пятый заканчивает, стало быть ему двенадцать. А Андрей Леопольдович как раз и отвозил Ангелину на своей раздолбанной «шестёрке» в районный роддом как раз к началу схваток. Витёк халтурил в соседнем селе и запоздал, помчался в райцентр, а там уже всё — поздравляют с сыном. Выходит, все двенадцать с гаком. Тогда-то, после  Васька, и стал присматриваться Витёк к соседу за забором. Где подскажет, а где и поможет. Первое время по переезду соседи тянулись в струнку. Работы нигде нет никакой. Если ты не сварщик или токарь или по строительной части, то в посёлке одно занятие – считать дни до погоста. Соседи стали распродавать кое-что, видать, серьезное, раз к ним оценщик из города приезжал: в первый раз люстру антикварную, потом – швейную машинку «Зингер», чуть ли не дореволюционную. Несколько книг из библиотеки Андрей Леопольдович сам отвозил в город букинистам. Так они тянули. Иногда соседу перепадали кое-какие гонорары за рассказы и стихи, но разве на них проживёшь? И вообще покажите мне писателя из приличных людей! Витёк одного знал по школе – Пушкина, да и тот плохо кончил. Ангелина втихаря от Витька (хотя он всё знал) относила соседям денежку как бы в долг, — иначе те взять отказывались наотрез, или банку огурчиков-помидорчиков. Андрей Леопольдович пробовал работать таксистом, но быстро завязал, после того, как поздно вечером ему попалась компания обкуренных малолеток, скопом набросившаяся на него, когда он подъехал к месту. Слава богу, место оказалось рядом с вокзалом, людное, так что малолетки разбежались, напоследок ударом ноги вырвав с мясом левое зеркало. Наконец, Андрей Леопольдович пошёл учителем в местную школу, но это было потом. Директриса посетовала, что он не физик, потому что физик им нужен ещё больше, но в конце концов согласилась его принять. Так что призрак нищеты в лохмотьях и ввалившимися щеками временно отступил от порога.

Тогда, в худые годы, Александра Павловна жила не с ними, а в городе, с внуком Игорем. Внук работал в каком-то институте то ли по социологии, то ли по гляциологии (Витёк в это особо не вникал) и постоянно пропадал в командировках. Когда у него, по догадкам Александры Павловны, появилась девушка и забрезжила надежда на правнука, она перебралась к дочери с зятем, оставив внуку квартиру в полное владение. Так что без неё, то есть, без её пенсии, Андрею Леопольдовичу с Татьяной было бы совсем несладко.

Тут Васёк незаметно вырос, пошёл в школу и у него пошли уже взрослые, серьёзные предметы, — всякая там физика и биология с историей. Ну, то есть, безрукий неумеха — Писатель за забором (для Витька) превратился (для Васька) в любимого и даже обожаемого Андреея Леопольдовича. И Витёк с изумлением наблюдал, как Васёк повадился ходить в библиотеку, стал таскать домой какие-то толстенные справочники, что-то из них выписывать, рисовать непонятные графики, как будто занят расчётом ядерного реактора. При этом не из-под палки, а с горящими глазами. Куда подевался вчерашний лоботряс, оторви да брось, который пропадал дотемна на улице с компанией, а домой приходил только поесть и завалиться спать? Компьютер теперь ему стал нужен не для стрелялок, а для блуждания по «Википедии». На осторожные – не спугнуть бы! – расспросы отца Васёк сказал, что сейчас они проходят Древний мир, Рим там, понимаешь,  Греция, и у них спор, кто круче – Александр Македонский или Ганнибал, а Андрей Леопольдович разделил класс на две команды – и они должны привести доказательства, а Васёк хочет всех убить примером битвы при Гавгамелах (Витёк как-то уважительно посмотрел на сына; сорок лет прожил, а слова такого не слыхал).

— А Гавгамелы – это кто? – только и спросил он. – Ганнибал или Александр?

— Ясен пень, Александр, папа, — с невыразимым превосходством ответил сын.

Так что кривая сыновьей судьбы пошла в непредсказуемую для Витька сторону. И приложил к этому руку Андрей Леопольдович.

И вот он умер.

3.

Зная привычки Коляна, Витёк поехал на старое кладбище не с ранья, а часам к одиннадцати. Ну, и правильно, Коляна там не было. Поехал тогда Витёк в погребальную контору «Последняя обитель». Знакомые погребальные девки, не отрываясь от маникюра,  сообщили, что Николай Донатович с утра был, а потом – вот минут пять как – поехал в церковь. На вопрос Витька, на фига попу гармонь, в смысле Николай Донатович — попу, ему объяснили, что сегодня отпевание начальника охраны старшего Сорокина.

Это меняло дело.

Братья Сорокины были одними из лучших людей посёлка. Под стать трудам праведным было у них и жилище – точная копия Виндзорского дворца. Старший летал в город на вертолёте с личной охраной. В вертолете его начальник охраны и преставился. Врачи считали, что от инсульта, следствия повышенной нервной нагрузки. Врачей никто всерьёз не принимал. Общее мнение было: конкуренты достали. Хотели старшего, но не вышло. Охранник и прикрыл.

Когда-то несколько лет назад, Витёк встречался по делу со старшим Сорокиным, помнится, при входе как раз начальник охраны дал команду пропустить его, не обыскивая до трусов. Человек, поверил на честное слово.

Вот его-то и должны были отпевать сегодня.

Однако, когда Витёк подъехал к церкви, там было тихо, как всегда. Он вошёл в теплый полумрак, пахнущий почему-то мастикой. Нет, не мастикой, запоздало сообразил он, а прогорклым свиным жиром. На воске экономят, блядины дети.

Коляна и здесь не было. Как всегда, торговали свечками и крестиками; как всегда, несколько старушек бесшумно возникали из темных углов и так же бесшумно исчезали.

А потом не по-церковному громко ухнула входная дверь и в проеме возникли крепко сбитые парни в одинаковых чёрных костюмах и белых рубашках. Они заученно разделились на два потока, охватывая все пространство.

— Прошу очистить помещение, — вежливо и негромко говорили они каждой старушке, но при отличной акустике вся церковь наполнилась командными звуками.

— А что случилось? – набралась духу одна из бабулек и получила ответ:

— Плановое мероприятие.

— Церковь не корпоратив, — раздалось сбоку, и Витёк с удивлением узнал в говорившей Александру Павловну в зелёной дутой мальчишеской курточке поверх длинного, до пят, платья.

— Прошу очистить помещение, — заученно повторил качок и двинулся на Александру Павловну. Та, не обращая на него внимания, повернулась к озирающему всё вокруг с мукой Христу, постояла молча, потом положила вместо свечки свежевыпеченную домашнюю сдобную ватрушку и пошла к выходу, прямо держа спину.

Одна из старушек выметнулась из стаи, подхватила ватрушку и кинула её вслед Александре Павловне.

— Денег нет, а туда же! – зло прошипела она. – Христа бы постыдилась.

Ватрушка ударилась о подол платья Александры Павловны и покатилась по полу, а потом попала под остроносую лакированную туфлю другого качка.

Александра Павловна вышла, и тут же тяжёлая дверь распахнулась во всю ширь, и в помещение стали затаскивать громадный, словно атомная субмарина, сияющий лаком и позолотой гроб. Витёк понял, что пора уходить, тем более что качки всё чащё переглядывались и смотрели на него всё более недобро. Когда он вышел из церкви (а гроб заносили долго, как рояль в квартиру), то ошалел от обилия машин, заполонивших весь перекрёсток и прилегающие свободные площадки. И среди них он заметил чёрную «Ауди» и выбирающегося из него Коляна. Витёк помахал рукой Коляну и прибавил шагу.

— Привет, Николай Донатович.

Странно, вяло подумал мимоходом Витёк, вместе, как говорится, на блядки ходили, а вышел человек в начальники, а вот так и тянет называть его на «вы» и по имени-отчеству. Откуда в нас эта рабская привычка?

— А ты чо здесь?

— Дело есть.

— Дело? – сощурил глаза Колян и скомандовал: — Тогда давай в машину. Тока быстро, ща начнётся.

В машине Витёк изложил просьбу. Колян помолчал, пожевал губами, всматриваясь в лицо Витька, как дантист – в рот пациенту, а потом спросил:

— И чо?

«И что я с этого буду иметь?» — понял Витёк.

— Уровень, — сказал он. – Лазерный уровень. Помнишь?

— А то! Вещь, — покивал Колян, пожевал губами, потом добавил: — Но чо я с им делать буду? Его ж не распилишь на куски, а мне делиться надо.

А потом лицо дантиста закаменело, как в решающий момент санации зуба.

— В общем, так. Я у тебя уровень этот возьму как подарок от мужика, с которым корешились по молодости. А ты помимо уровня добавляешь ещё чирик, и все будет чики-чики.

Витёк посмотрел в окно машины. И решился.

— А ты со старушек тоже по чирику берёшь? – наконец спросил он.

— За место на болоте? – хохотнул Колян. – Нет,  я чуткий и гуманный. Старушкам такса – две косых.

— Принято, — сказал Витёк.

Он вынул из кармана брюк пачку и отсчитал сумму разными купюрами.

Колян принял деньги и небрежно сунул их в отделение под подлокотником, не пересчитывая.

— Тогда так. Уровень отдашь Гоблину, он на Старом всегда ошивается, найдешь. И передай ему от меня, чтобы показал тебе участок Валета. Всё, пора, давай.

Они вышли из машины одновременно. Невдалеке открылась дверца «Порша» и из неё высунулась длинная нога в узкой отутюженной штанине и остроносой лакированной туфле.

Это приехал Аист, то есть, глава местной администрации Аристов.

Витёк несколько лет назад подшабашил у Аиста со своим манипулятором, выкапывая пруд на его участке, так что они были знакомы. Да и лазерный уровень с тех пор у Витька в хозяйстве появился. Как говорится, был да сплыл.

Аист протянул каждому руку и каждого спросил:

— Как дела?

Это была его фишка — быть ближе к народу.

Из церкви раздался хор. Отпевание началось.

Аист заторопился в церковь.

— Видал, какие люди? – подмигнул Колян. – А ты говоришь…

— Простой начальник охраны?

Колян презрительно сплюнул в сторону.

Продолжение следует…

Recommended for you
Артур Аршакуни
Лазерный уровень, или Жизнь и смерть в маленьком посёлке городского типа (пасхальная сказка) — Артур Аршакуни (заключительная часть)

XI.Он уже заканчивал, когда из леса потянулись первые ходоки – Серёга Волобуев и Петька Назаров...