Home » Вспоминают дети войны » Ираиде Матвеевне Григорьевой, малолетней узнице, сейчас 87 лет
Ираида Григорьева

Ираиде Матвеевне Григорьевой, малолетней узнице, сейчас 87 лет

Но и по сей день, по прошествии стольких лет, главными событиями в её жизни остаются годы тяжёлых испытаний. Самым тяжёлым днём в своей долгой  жизни она считает день, когда напали фашисты…

— В тот роковой день 11 сентября 1941 года ничто не предвещало беду. Ярко светило осеннее солнышко. И вдруг, как гром среди ясного неба, завыла сирена. Соседи и мы с сестрой захватили «тревожный чемонданчик», в котором были еда и вещи, и бросились к окопу. И не могли поверить, что немцы уже вошли в наше Красное Село и хозяйничают в нем, отбирая у людей все съестное, и скот.

Мы сидели с семьей по окопам. Немцы всех выгнали с окопов с криками «Хенде Хох!», сняли с сестры валенки. Вскоре немцы под постоянное «Шнель» всех пленных, старых и молодых, детей, согнали и повезли в Волосовский район, где находился сборный пункт. Народу было столько, сколько обычно собирается на большие праздники. У всех перепуганные лица. Мне все это напоминало какой-то трагический эпизод из фильма. …И вот сейчас закончатся съемки и все страшное и непонятное, происходящее с нами, закончится. Но не закончилось… Нас  гнали колонной 18 км и разместили в церкви. Мы были голодные и уставшие. На следующий день всех колонной погнали дальше в сторону ближайшей станции. Немцы бросали в толпу галеты и давали дуранту с криками «рус-швайн». На станции уже стоял товарный поезд, всех загнали в телячьи вагоны и поезд тронулся на  Запад. Через несколько дней нас привезли в Польшу. Здесь нас снова пересадили в другой товарняк и мы продолжили свой путь в Германию.  24 апреля 1942 года мы прибыли в Германию. Мама всегда  была рядом с нами. Всех привезли на рынок и как рабочий скот предлагали хозяевам на выбор. Я, мама и сестра оказались вместе. Отец остался дома, так как был тяжело болен.

Так мы оказались на хуторе, где встретил нас тучный хозяин, его жена и двое отпрысков одиннадцати и четырех лет. И жизнь пошла своим чередом. Прибывшую обслугу отправили на помывку, побрив наголо наши локоны и косы.

На ферме всем приходилось очень много и тяжело работать. Мы с сестрой вставали в 5 часов утра, получали бутерброд и кофе и начинался наш рабочий день: чистили обувь, убирались на кухне, затем нам нужно было помочь чистить помещения, где содержался домашний скот,  после этого мы должны были работать в поле. В обед накормят и снова работа в поле. Вечером опять работа в хлеву. Здесь нужно было чистить до блеска животных и их жилище. Потом топка печей и уборка двухэтажного хозяйского особняка. Вечером работаем по хозяйству и на кухне. Работали каждый день с раннего утра до позднего вечера. Хозяйка меня била по щекам за то, что я уставала. Кормили нас как рабочую скотину, чтобы мы не околели от истощения и изнурительного труда. Но наши истощенные от непосильных обязанностей организмы всегда хотели есть! За долгое пребывание в Германии мы хорошо освоили немецкий язык.

Как всегда в жизни бывает, после тяжелых испытаний наступил самый счастливый день — долгожданное освобождение !

Вот как это было.

— В конце войны мы услышали гул и тяжелый шаг танков. Выскочили на улицу, я и несколько наших русских рабочих, и увидели в ста метрах от нас приближающиеся к нам зеленые танки, и нам показалось, что это наши советские войска идут освобождать нас от плена. От счастья, охватившего нас, и дикой безумной радости мы и кричали, и прыгали, и обнимали друг друга. Тут уже перемешались все: и русские, и французы, и даже чернорабочие немцы.

Когда танки подъехали ближе, мы поняли, что это наши американские союзники. Нам что-то кричали на английском, мы сообразили, что пришел долгожданный самый счастливый день ! Ура ! Свобода !

Мы были по ту сторону озера. Нас американцы переправили на понтонах через реку Одер, и потом привезли к нашим в воинскую часть.  Сестра завязала платок и прокричала: » Родина ждет!» Собралось нас более 30 000 пленных из оставшихся в живых. Нас выстроили и начали выяснять, кто откуда. И в первую очередь самых больных и с маленькими детьми отправили самолетом в Россию. Остальные будут помогать в хозяйстве в Германии. И мы остались еще на 8 месяцев. Мне было 15 лет, мы хорошо говорили на немецком. Нас брали в качестве переводчиков.

Нас отдельно везли в 1946 году от воинских частей и привезли нас в Гатчину. Мы привезли с Германии разного барахла.  Нам дали «волчий паспорт», и поселили в конуру, хотя у нас был свой дом в Мурилово. Затем мы купили полдомика (это Можайск), я ездила в Тайцы к своим родственникам и нас здесь познакомили с моим будущим мужем Григорьевым Ю.

Сейчас у Ираиды Матвеевны большая семья.

— Девочки Лариса и Ольга выросли и родили на радость нам и себе внуков. Дочки каждый день звонят с утра, спрашивают о здоровье и в чем я нуждаюсь. А я говорю им, что у меня все есть, а главное дал мне Господь  здоровьё, на радость счастливую семью, любимого мужа, с которым я прожила долгую жизнь, хорошую работу, Вас и мне ещё хочется жить долго!

 

Лидия КАЗУ,  руководитель  Школы третьего возраста «Серебряные годы», п.Тайцы

Recommended for you
Галина Совершаева
Трудное детство, войной опалённое…

Я, Совершаева Галина Ивановна, родилась в январе 1932 года в Архангельске. Когда началась война, мне...