Home » Колонки » Наши люди в Париже » Естественный отбор французского образования
Олег KALANOV

Естественный отбор французского образования

Олег RKALANOV

Как администрация французских учебных заведений выбирается из затруднительных ситуаций начала нового учебного года? А никак. Никто даже пальцем не шевельнёт.

Занятия в разных вузах и начинаются по-разному. Где-то — в середине сентября, где-то — в начале или конце октября, а кое-где — и в начале ноября. А дальше — опять демократия. Студенты в рамках своей специальности сами выбирают, что они хотят изучать: русский язык или польский, испанский или португальский, историю или литературу.

Первые две-три недели они бродят из аудитории в аудиторию, смотрят, слушают, выбирают. На самые модные и престижные специальности записывается столько народу, что ни одна аудитория не может вместить всех желающих: студенты сидят на приставных стульях, на полу в проходах, слушают через открытые двери, стоя в коридорах. В общежитиях тоже все места заняты и тот, кто записался чуть позже, не имеет никаких шансов туда попасть. В студенческих ресторанах толпы, в библиотеках — очереди, хотя их в Париже более сотни.

И вот тогда студенты начинают бастовать, требуя улучшения условий для всех: больше кредитов, больше новых учебных зданий, больше преподавателей, больше общежитий — больше, больше, больше! Забастовки бывают каждый год, но никто их требования не спешит выполнять, ведь учебная система рассчитана на определенное количество человек.

А время идет! Смотришь — уже и Рождество. Рождественские каникулы. Тут все забастовки прекращаются. Все празднуют. Война войной, а обед по расписанию. Через неделю после рождества — Новый год. Праздник продолжается. Наконец, 3-4 января студенты начинают появляться в университете, несколько удивлённые тем, что первый семестр уже прошёл, а учеба ещё не начиналась. Они раздумывают, бастовать ли им по новой, или всё-таки взяться за учёбу?

И вдруг с удивлением замечают, что бастовать, вроде, и незачем. Пожалуй, и причин-то никаких нет. Больше половины записавшихся студентов куда-то исчезли. Кто-то нашёл работу. Кто-то решил с будущего года сменить факультет, поскольку не понравилось. Кто-то просто решил перенести начало учёбы на следующий год. Короче, у каждого нашлись свои причины, а между тем, вопрос про «больше, больше» решён уже наполовину. В университете осталось примерно то количество студентов, на которое он и рассчитан.

И вот январь — студенты учатся. То есть, присутствуют на занятиях три-четыре раза в неделю. Демократия продолжает быть. Никакой обязаловки. Принудительного посещения занятий нет. Хочешь — присутствуй, не хочешь — отсутствуй. Домашних заданий не существует. Преподаватель может, конечно, рекомендовать выучить дома какие-то специальные термины, формулы или даты. Кое-кто даже учит. Иногда. Но никаких санкций или поощрений, пятёрок или двоек, лишения стипендии, не допуска к занятиям нет. Итак, весь январь и середину февраля студенты учатся. Или делают вид. В середине февраля — февральские каникулы. И вовремя! Ведь бедные студенты уже проучились целых шесть-семь недель. Скорее отдыхать!

Февральские каникулы бывают от одной недели до двух, причём многие студенты уезжают за неделю до начала каникул, а возвращаются через неделю после их окончания. Весь март и начало апреля снова «напряжённая» учеба. Ещё шесть-семь недель. В середине апреля — апрельские, или пасхальные каникулы. И снова народ начинает разъезжаться за неделю до начала и возвращаться с опозданием кто на день, кто на пять. А некоторые вообще не возвращаются, потому что ещё две недели — и конец занятий. Стоит ли мотаться туда-сюда? Только на транспорт тратиться. Студенческий бюджет ведь невелик.

Хотя нужно поблагодарить французских транспортников: студентам и молодым людям до двадцати семи лет на транспорте положены огромные скидки. Порой до пятидесяти процентов. Но всё равно денег жалко.

Занятия кончаются в середине мая. А там — экзамены. В конце года любой записавшийся на курс может сдавать экзамены. Невзирая на то, ходил он на занятия или не ходил, занимался дома или в библиотеке, или вообще не занимался. Другое дело — сдаст ли он их. Ведь тут уже всё по-взрослому, каждый за себя.

Слова «шпаргалка» не существует, а если она и появляется, то с экзамена выгоняют без права пересдачи. Те, кто совсем не занимался, обычно даже не приходят на экзамен — давай, до свиданья! Для тех, кто намерен продолжать учёбу, этот месяц в году — работа до седьмого пота. В библиотеки в этот период попасть даже и не пытайтесь. Очереди стоят до закрытия. И в библиотеках, и в очередях – студенты читают, читают, читают. Отсев очень большой. Ведь сейчас решается вопрос формирования, курса, группы, университета.

Действует естественный отбор. Самый беспощадный и самый справедливый закон природы. И никакой демократии. Вуаля.(voilà).

Recommended for you
Олег KALANOV
Удачи, маэстро!

(далее…)