Home » N.B! Тема » Новосветский полигон: вчера, сегодня. Завтра?
Д.Е.Л

Новосветский полигон: вчера, сегодня. Завтра?

Комитет государственного экологического надзора приступает к проверкам соответствия фактических границ «мусорных» полигонов проектной документации.

«Недопустимо, чтобы вместо использования высокотехнологичных систем работы с отходами полигоны увеличивали свою высоту и площадь. Сортировка и прессование – минимум те две технологии, которые необходимо применять», — заявил председатель комитета государственного экологического надзора Михаил Козьминых.

Первый в списке проверяемых — полигон «Новый Свет-ЭКО». На нём комитетом будет опробована беспилотная техника, которая позволяет сформировать 3D-модель полигона, измерить объём находящихся на нем отходов, определить границы с точностью до 10 см. В соответствии с планом проверок, в течение полугода все площадки хранения и размещения отходов пройдут аналогичную проверку.

Информация правительства Ленобласти

В кабинет генерального директора ООО «Новый Свет-ЭКО» господа проверяющие ворвались без предупреждения. Невзирая на проходящее совещание и присутствие прессы. Двое экологов в «рыбацком» камуфляже и резиновых сапогах категорично заявили, что прибыли для инспектирования полигона на предмет соответствия заявленным санитарно-техническим нормам и влияния на окружающую среду.

— Вы бы хоть предупредили заранее, позвонили, представились, — только и развёл руками Евгений Дегтярёв. – А я бы вам в помощь сопровождающего выделил.

Господа проверяющие от сопровождающего отказались. «Ну, что же, работайте, — напутствовал экологов генеральный директор. — Если что потребуется, обращайтесь – поможем».

Дегтярёву почти не пришлось задавать наводящих вопросов. В своём монологе Евгений Львович затронул практически все аспекты деятельности  компании «Новый Свет-ЭКО» и особенности «мусорного» вопроса в Гатчинском районе…

Об особенностях полигона

— Мусор-то никуда не девается. Можно подавить, например, вспышку менингита, можно грипп победить, делать вакцинацию населения, можно снизить или увеличить рождаемость, но прекратить возить мусор нельзя. И сегодня, говоря о том, что у нас строится перинатальный центр – это хорошо, но это ещё и отходы. Грязные отходы. Это тряпочки, это кал, который в канализацию не идёт, это памперсы использованные, это всё то, что нужно утилизировать.

Если сейчас закрыть «Новый Свет-ЭКО», то вокруг Гатчины появится десять, двадцать, тридцать, сто несанкционированных свалок! И вокруг Питера. Потому что на Юге нет ни одного полигона. И задача состоит в том, чтобы не закрыть полигон, а открыть новые! А потом решать с существующими полигонам.

Но я отлично знаю: чтобы открыть сегодня новый полигон, нужно губернатору взять себе человека и наделить его правами посла губернатора, чтобы он каждый день занимался строительством полигона. Потому что перед тем, как начать строительство, надо провести общественные слушания. А ни одни общественные слушания не дадут разрешения на возведение полигона. И полигона не будет.

Почему наш полигон получился? Потому что здесь изначально строили навозохранилище, ещё при советской власти. И ещё неизвестно, что было бы лучше: наш полигон или огромная навозная яма. Когда здесь был совхоз, люди окна не открывали. И вот здесь, на площади 36 гектар, была бы лужа свиного навоза!

И когда в 1990 году навозохранилище прекратили строить, этот пруд оказался никому не нужен. 36 гектар. Выбран грунт, уложена плёнка на дно, полметра песчано-гравийной смеси – он был почти готов. И люди начали возить сюда свой мусор. Появилась несанкционированная свалка. Что только директор совхоза не делал, всё равно мусор сюда везли, здесь постоянно что-то горело, дымило, была стоянка большегрузных автомобилей с попутчицами, валялись бутылки, банки, шприцы и другое. Здесь был рассадник грязи и криминала.

Поэтому я считаю, что мы сделали не самое худшее. И о нас говорили не только плохо. Потому что мы практически не принимали отходы из Петербурга. Принимали только грунты, землю для уплотнения. А мусор только из Гатчины и Гатчинского района. Закрыли полигон на Волхонском шоссе. И куда пошёл весь мусор? Правильно, к нам, в Новый Свет. И если до закрытия Волхонки мы принимали ежегодно 300-350 тысяч тонн мусора в год, то сегодня эта цифра достигла порядка пятисот тысяч тонн.

О Годе экологии

— Я-то считал, что для нашей компании 2017 год — Год экологии — будет годом улучшения деятельности во всех сферах обращения с отходами. А именно, пропаганда раздельного сбора мусора, выполнение мероприятий по раздельному сбору, строительство сортировочных линий, развитие предприятий переработки вторичных отходов, оказание им помощи, вплоть до финансовой в виде инвестиций, приучение населения к раздельному сбору, покупка новой техники и другое.

И мы с нашим объединением, куда входят Автопарк №1 «Спецтранс», наш Механический завод и «Новый Свет-ЭКО», над этим работаем. Хотя сегодня это невыгодно. Сегодня «вторичкой» заниматься невыгодно, потому что не принимается закон о региональных операторах. Вот когда будет оператор, тогда всё пойдёт. Объясняю, почему.

Потому что сегодня для того, чтобы заниматься «вторичкой» и выбрать полезное сырьё из мусора цивилизованным путём – построить линию, нанять людей, платить им зарплату по белому, давать им молоко за вредность, отпуска, больничные, создать нормальный санитарный рабочий день – необходимы немалые капиталовложения. Ведь для того, чтобы отобрать бутылочку из-под воды нужно будет — ну, я не знаю – два рубля. А принимается она за 20 копеек. Поэтому сегодня в России все занимаются этим делом «по-чёрному».

Мы ждём принятия закона о региональном операторе. Этот закон должен был начать работу сначала 1 января 2016 года, потом 1 июля шестнадцатого, 1 января семнадцатого. Теперь говорят, что должен заработать 1 июля. И я подумал, что Год экологии,  по идее, для того и назначен, чтобы это побыстрее сделать, чтобы, в числе прочего, упорядочить и оборот отходов. А на деле получается, что он  назначен как «Год расправы» над теми, кто хочет работать…

О «мусорном» газе и электрической энергии

— У нас всё работает. И линия по сортировке отходов, и станция по утилизации биогаза. За прошлый год выработан 1 миллион киловатт электрической энергии, которая поступает в государственные электрические сети. И в том, чтобы подобная практика заработала, решающее значение принадлежит губернатору Александру Юрьевичу Дрозденко.

Потому что изначально дело не шло – много нерешаемых вопросов. Опять же, требовалось огромное количество согласований. Построили станцию по утилизации биогаза  и выработке электроэнергии, а в тарифах не сходились. Одним словом, этот проект было никак не протолкнуть.

С целью объективной оценки сложившейся ситуации и помощи в выработке возможных решений я обратился к представителю Общественного экологического совета при губернаторе Ленинградской области в городе Гатчина и Гатчинском районе Константину Грибачу.

И только после совещания у губернатора области, где я также присутствовал, при участии консула Швеции губернатор Дрозденко решил этот вопрос. И пошло дело. Также работает линия по сортировке мусора. «Новый Свет-ЭКО» — это единственный в России полигон, который из мусора вырабатывает электрическую энергию! Но не то главное, что вырабатывает. Он уменьшает вредные выбросы в атмосферу! Уменьшает возможность возгорания полигона.

Газ собирают, концентрируют и направляют на генераторы, которые вращаются и вырабатывают электрическую энергию. За рубежом так устроено везде, а в России нет ни одной такой станции. Кроме нашей, гатчинской. Люди говорят – воняет. Ну, давайте проверим, воняет или не воняет. Что же огульно говорить? Давайте пригласим Роспотребнадзор, соберём анализы и посмотрим. Ведь у нас ведётся мониторинг подземных вод, воздуха и почвы. И ведётся реально. Есть определённые точки, куда периодически выезжает Роспотребнадзор и забирает пробы воздуха, делает анализы.

Безусловно, наш полигон – объект опасный. И он, конечно, влияет на природу. Как и всё остальное. Тот же человек, например, только родился, а уже… влияет. И куда девать все отходы человеческой жизнедеятельности, начиная с памперсов? Сюда.

О конкурентах, «Селект Энерджи» и высоких технологиях

— Я даже не знал про этот объект, про этих людей, не знал про их намерения. Я ничего не знал о компании «Селект Энерджи», которая, якобы, планировала строительство нового полигона. И никакой информации от меня о вреде их деятельности не было. Но я вам расскажу всё подробно, потому что все считают, что мы выступили против, как против конкурентов.  Я ещё раз говорю: они нам не конкуренты! Совершенно не конкуренты.

Вот как развивались события в июне прошлого года. Мне позвонила журналистка с телеканала Life News и говорит: «Евгений Львович, у нас прошла информация, что мусор из Луги будут возить на ваш полигон». Я ответил, что первый раз об этом слышу, у меня этой информации нет. Она: «Как же так, уже всё на пятьдесят процентов решено». Я отвечаю, что никаких документов не подписывал, договора с Лугой у меня нет. А на пятьдесят процентов решено – это как в старом анекдоте: «Я женюсь на английской королеве! Всё на пятьдесят процентов решено – я согласен». Другого я вам ответить не могу.

Через полчаса журналистка перезванивает и говорит: «Вы лукавите». А я это слово очень не люблю (морщится). Вы лукавите, говорит. Вы же уже взяли там 70 гектар и собираетесь построить завод. И ещё маленький полигон. И даже землю уже перевели под промышленное назначение. Я говорю, что нет у нас таких намерений.

Позже я прочитал в интернете, что какая-то фирма купила 70 гектар, перевела их и заказала проект. Поступила глупо. Им бы нужно было заказать проект на мусоросортировочный комплекс – и всё. И надо было бы указать, что «хвосты» мы будем привозить на полигон «Новый Свет-ЭКО». А они написали так: мы будем строить мусоросжигательный, мусоросортировочный завод и свой маленький полигон. При действующем полигоне – ещё один полигон (пожимает плечами).

Конечно, общественность поднялась. Но я никакого отношения к этому не имею! Я не писал ни бумагу, нет ни моей подписи, ни моих выступлений по радио и телевидению в отношении их. Я вообще в лицо их даже не знаю – кто и чего. Хотите строить – стройте, вы нам не конкуренты. Почему не конкуренты – объясняю.

Чтобы сегодня построить полигон, даже при большой поддержке, потребуется три года. Минимум! Это общественные слушания, это подбор участка – его не подберёшь сразу, люди будут против. Это нужно проводить геологические изыскания, исследования воды, почвы, привлечение многих специалистов. Нужно заказать проект, провести его экспертизу, начать строительство – выбрать грунт, уложить плёнку. Я уже не говорю про деньги – считаю, это дело десятое. Один только проект по полигону делается 18 месяцев! И это делать надо было вчера. Потому что через три года нас действительно могут закрыть.

Я слышал, что будет строиться три полигона в Ленинградской области. И на эти полигоны будут принимать мусор из Питера. А вы что хотите? Никогда Питер не построит полигон на Невском проспекте. И на Юго-Западе в районе Ленинского проспекта не будет полигона. Они будут строиться за городом. Мы говорим о полигоне, но речь, впрочем,  может идти и о заводе – мусоросортировочном, мусорокомплектовочном, мусоросжигательном, каком угодно. Я не знаю…

У меня здесь были японцы лет шесть-семь назад. Они приезжали по поводу строительства завода Toyota в Шушарах. Приехали все специалисты – по воздуху, по почве, экологи. У них был вопрос: куда они будут возить отходы? Вот если правильно переводчик перевёл, то японец сказал: «У нас в Токио население 19 миллионов и на территории Токио находится 21 мусоросжигательный завод. И жители дома не знают, что у них по соседству – опасное предприятие». Вот такая у них технология!

Для мусоросжигательного завода, как они говорили, важна технология «трёх Т»: турбулентность, температура, таймер. То есть определённый вид отхода при определённой температуре в определённое время должен сгореть. И не видно ни дыма, ничего. А если эта технология нарушилась, то всё. И они говорят, что это такая сложная технология, её так нужно блюсти, что, конечно, лучшее изобретение – это полигоны. Но у них нет территории. Поэтому японцы просто вынуждены строить такие заводы – технологичные, экологичные, о существовании которых местные жители даже не подозревают.

О раздельном сборе мусора

— И губернатор области, и руководители страны поддерживают инициативу о прекращении приема смешанных отходов на полигоны, что мусор должен быть раздельным  (хлопает ладонью по столу). В скором времени смешанные отходы на полигоны не будут приниматься. И мы не будем смешанные отходы принимать. Только сортированный мусор, только «хвосты»! Всё остальное должно пойти на переработку. И сегодня мы разработали схему, что можно перерабатывать 80 процентов мусора!

Мы уже биоотходы перерабатываем в удобрения, в элемент сжигания. Но некоторые не понимают этого, считают, что, мол, сжигать нельзя. Но мы испытываем специальные брикеты из отходов мусора, чтобы их сжигать в котельных вместо угля. Это и дешевле, и эффективней, и лучше. Но население побаивается, спорит. Ну, надо спорить, в споре истина, как говорится, рождается.

Говорят, что наши люди не будут соблюдать режим раздельного сбора мусора. Менталитет, мол, у нас такой. И баки раздельные не приживутся. Всё будет нормально! И люди с удовольствием будут сортировать. Вопрос только в развитии сортировочных линий на заводах. Вот сейчас говорить «мусорсортировочный завод» нельзя. Как только скажешь – население сразу настораживается.

У нас сегодня такая линия есть, на 100 тысяч тонн в год. А мы принимаем пятьсот! И нам нужно, если где-то ещё полигоны построят, сократить объём принимаемых отходов из Санкт-Петербурга, переключить часть их на другие полигоны, а гатчинский мусор мы уже готовы сортировать. Поставим ещё две линии — на 60 или 100 тысяч тонн, будет 260 тысяч тонн в год. А всего Гатчина вырабатывает 200-250 тысяч тонн в год. Вот весь гатчинский мусор мы будем сортировать. И сюда будем возить только отходы. Мало того, мы ещё будем перерабатывать те отходы, которые у нас на полигоне. И для этого у нас уже всё есть – и за счёт собственных средств. А если с первого июля ещё примут закон об операторах, то всё пойдёт совсем по-другому.

Вы знаете, что такое «оператор»? Оператор – это орган, который будет регулировать весь оборот отходов. Вот почему за границей нет несанкционированных свалок? Сделано очень просто. В России, если вы захотите вывезти мусор, – кого ищете? Перевозчика. Вы нашли машину, заплатили ей деньги. И в этих деньгах лежат средства на утилизацию. Машина должна приехать на полигон и заплатить эти деньги за то, что она привезла мусор. Недобросовестный перевозчик, особенно в то время, когда отменили лицензию на перевозку (в июле 2016 года её опять ввели – авт.), получив, скажем, за вывоз мусора 5 тысяч рублей, три из которых он должен был отдать полигону, недобросовестный перевозчик оставлял все деньги себе, а мусор просто вываливал в кусты.

А за границей уже давно придумали, что договор с клиентом будет заключать не перевозчик, а полигон. И платить клиент будет полигону. А уже полигон будет платить тому, кто мусор привёз. И тогда перевозчик, чтобы окупить хотя бы свои затраты, должен привезти отходы на полигон. Именно такой порядок действий заложен в законе о региональном операторе.

О мусоре как песне и судьбе лирика

— Да, это моё выражение: «Мусор – это песня» (улыбается). Судьба у меня так сложилась, что я, вообще-то, не мусорщик. И по образованию гуманитарий. Хотя и техническое образование есть, и на заводе поработал.

Я начал работать в партийных советских органах в небольшом районном центре Псковской области. Где я отвечал за жилищно-коммунальное хозяйство, культуру, здравоохранение, образование, спорт.

И когда я туда пришёл, то понял, что спорт, культура, здравоохранение – это управляемо. Там есть врачи, там есть методические кабинеты. А вот вывезти мусор из больницы, из школы, из детского садика – это проблема. Город его   вывезти не мог. Полигона не было, отходы вывозили самостоятельно — кто на грузовой машине, кто на пожарной, кто на прицепе. Кто как мог. Вывозили за город, там и сбрасывали. Место это постоянно горело, дымило. И мне сказали: «Займись этим вопросом». И когда я начал этим заниматься, то понял, что это очень большая проблема.

Я понял, что к проблеме мусора сами люди относятся с пренебрежением. У меня было два выхода: либо подавать в отставку, но тогда это было не принято и грозило серьёзными последствиями, либо надо было что-то делать. И я поехал в Ленинград, поехал в Москву, стал изучать, стал привлекать, стал смотреть. И потихонечку мы это дело наладили.

Я неплохо знаю историю, так вот в России все бунты были как раз вот эти – мыльные, холерные. Ну, медный был ещё. А так все бунты были из-за заболеваний. А рассадник всяческих болезней – антисанитария, чему в немалой степени способствует неконтролируемый оборот отходов. И с чем мы боремся.

Так что да, мусор – это песня (улыбается). Даже сегодня. Если, конечно, относиться к нему с умом. Он разноликий и разноплановый. И за ним, при использовании современных технологий переработки вторичного сырья, будущее. Ведь естественные ресурсы не бесконечны.

Я не защищаю свой бизнес или жизнь. Приходят молодые люди, внедряются новые технологии, новые методы управления.

Поэтому я не за свою жизнь сегодня борюсь, и не за своё существование. Я борюсь за существование следующих поколений. И это не высокие материи. У меня дети, внуки. Людям же надо жить дальше. И уже сегодня надо решать и всё делать – и полигоны, и заводы, и новые технологии, и сортировки, и переработки, и во вторичное производство пускать. В Финляндии это делают, в Швеции делают, в Германии делают. Во всём мире делают. А в России всё недосуг.

О планах, проверках и социальной значимости

— В Ленинградской области надо развивать и  строить дополнительные полигоны: сортировка, переработка, изготовление новой продукции. А мы будем уменьшать высоту, объёмы нашего полигона. Будем заниматься ТОПАЛом (Топливо Альтернативное) – это то, о чём я говорил выше. Его надо сжигать, но следует смотреть, не вредят ли отходы сжигания населению.

На сегодняшний день ни полигону, ни раздельному сбору мусора альтернативы нет. Только не надо наговаривать, а надо реально смотреть, что хорошо, а что плохо. Вот смотрю по телевизору: по ленинградскому телевидению выступают уважаемые экологи с утверждением, что мусор сжигать нельзя – вредные выбросы, остаток, и всё это вредит населению. И вдруг звучит заявление, что за последнее время увеличилось число онкологических заболеваний. Вроде как по вине сжигаемого мусора. А ведь ни в Санкт-Петербурге, ни в Ленинградской области нет ни одного мусоросжигательного завода! Вот зачем такое говорить?

Наше предприятие работает уже 18 лет (стучит по дереву). И да, у нас один человек умер от онкологии. Но он год отработал, кажется, он уже пришёл с патологией такой. Мы каждый год проводим бесплатно медицинское обследование наших сотрудников. Те, кто работают с мусором, получают молоко. Отпуск оплачивается.

И надо сказать, что те, кто питает ненависть к нам, начинают стучать ногами, когда я это говорю, но это тоже немаловажно. У нас на этой площадке работают 140 человек, в основном, жители посёлка Новый Свет. Есть из Гатчины, Верево. Приезжают даже из Питера. Зарплата – день в день. Аванс платим. Средняя зарплата – 30 тысяч рублей. Получают и сорок, и пятьдесят. За три дня до отпуска люди получают отпускные. Больничный оплачивается.

Мы в прошлом году пережили семь проверок: МЧС, пожарные, Росприроднадзор, Роспотребнадзор, охрана труда. За три дня до отпуска не заплатил отпускные – 100 тысяч штрафа. Кто-то у нас в правительстве говорил: «Хватит кошмарить бизнес». А ведь кошмарят и кошмарят! Но я не против проверок, хотя в прокуратуру мы пишем каждый месяц: «Зарплата выплачена, выплачена, выплачена».

Кроме того, все социальные просьбы населения, стараемся выполнять. Школа обратилась: помогите создать музей боевой славы – помогли. Окна поменять в детском садике – пожалуйста. Поставил домофоны в два садика. Церковь – пожалуйста. Я уже не говорю про несанкционированные свалки на территории сельского поселения, о том, что дайте машину, почистите снег, дайте щебёнки, песка. Вывоз – на наших плечах. Так что наш полигон — социально-значимый объект даже в этом плане. Закроемся — 140 человек лишатся работы.

Мы заплатили всех налогов за 2015 год — 25 миллионов рублей, шестнадцатый ещё надо подсчитать. День в день. В прошлом году район получил 33 миллиона рублей налогов на охрану окружающей среды.  А если будет региональный оператор, то он будет платить за негативное воздействие всё полностью, и там сумма, приблизительно, доходит до трёхсот миллионов. 55 процентов будет оставаться в районе. Это же можно построить одни очистные сооружения за год!

И не так уж мы вредим населению, и не так уж мы вредим природе. Как-то еду на машине, смотрю – мужики скважины бурят в окрестностях полигона. Подошёл поинтересоваться, как водичка. И один из них, видимо, бригадир, ответил: «Заражённых подземных вод нет».

Конечно, нельзя сказать, что наш полигон – безопасное предприятие. Но мусор и отходы производит, прежде всего,  человек, каждый из нас. А мы стремимся   сделать вред от полигона менее значительным.  В соответствии с требованиями Законодательства.

Николай МОНАСТЫРНЫЙ

ФОТО: Сергей КОВАЧЕВ

 

 

 

 

 

One Comment

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *